2014: "Аэропроты, посты таможни, поезда - везде своя преступность"


5 января 2014 года отмечается третья годовщина со дня образования Следственного комитета Российской Федерации. В преддверии праздничной даты старший следователь Приморского следственного отдела Дальневосточного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации капитан юстиции Сьянов Ярослав Владимирович ответил на вопросы корреспондента информационного агентства Приморье 24.

Дальневосточное следственное управление на транспорте Следственного комитета РФ – специализированный следственный орган. Он занимается рассмотрением сообщений о преступлениях и расследованием уголовных дел по преступлениям против безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, водного и воздушного транспорта.

- Мы, журналисты, понимаем, что входит в перечень ваших обязанностей. Но читатели порой не в курсе, в чем специфика ваших действий. Не могли бы вы подробнее рассказать о том, чем, собственно, занимается ваше территориальное управление?
- В первую очередь, это преступления, совершенные на объектах транспорта. То есть, аэропорт, железнодорожный транспорт (как сами поезда, так и железнодорожные станции) и пункты таможенного пропуска.

- Получается, простор для приложения ваших стараний достаточно широкий. Хватает ли для этого средств, рабочих рук?
- У нас численность личного состава такая: пять следователей, три заместителя руководителя и руководитель. Руководитель курирует Уссурийск, Находку и непосредственно Владивосток. А следователи направляются на тот участок, где преступление и совершено. То есть, в поле наших действий попадает весь Приморский край. Кроме того, мы занимаемся преступлениями, которые совершили должностные лица как объектов транспорта, то есть работники аэропорта, подразделений ОАО «РЖД», так и работники подразделений внутренних органов, «прикрепленных» к транспортным пунктам. Особняком стоят сотрудники таможни. В этом случае в первую очередь стоит отметить преступления коррупционной направленности. Большой пласт работы.

- Возможно, в таком случае вы сможете назвать особенно важные для вас дела, те, которые по тем или иным причинам запомнились...
- Для того, чтобы вспомнить все, нужно, конечно, сначала проверить, какие из них дошли до суда. Но, думаю, не ошибусь, если назову майский инцидент с участием и.о. замначальника оперативной Дальневосточной оперативной таможни — дело по факту превышения должностных полномочий (напомним, в ночь с 23 на 24 мая Иван Кишинец с сослуживцем майором Мовчаном жестоко избили жителя Приморья прямо в служебном помещении — прим. редакции). Те дела, которые мы направляли за последние полгода, по большей части в суде еще не рассмотрены.

- А сколько времени, по вашему опыту, может занимать передача дела в суд? Есть какая-то статистика на этот счет?

- Совершенно по-разному. Обвиняемый же теперь у нас никак не ограничен в праве на защиту, он может реализовывать его совершенно по-разному. В том числе и затягивать процесс судебного рассмотрения. Всеми законными средствами. Кто-то болеет, кто-то долго знакомится с делом, кто-то организует свою защиту.

- Какие достижения вы могли бы отметить за минувшие три года?

- На мой взгляд, как рядового правоприменителя, Следственный комитет научился действовать как самостоятельный правоохранительный орган. Вследствие этого потребовалось заново устанавливать отношения с органами внутренних дел, с прокуратурой (с которой ранее мы входили в единую систему), с таможней, ФСБ. Ведется и совместная профилактическая работа по выявлению преступлений — пока преступление еще не совершено, его можно предотвратить. Проводится доследственная проверка и дело отправляется в суд. Хотелось бы отметить, что с прокуратурой — а мы теперь отдельный орган — отношения выстроились хорошие: очень небольшой процент дел возвращается на дополнительное расследование. Какие-либо претензии к нам с их стороны отсутствуют, к качеству следствия в том числе. -

Подробнее о профилактике можно? В ней вообще есть смысл?
- Конечно. Считаю, что такие мероприятия могут помочь выявить «круговую поруку» - на таможне, например. Задача прокуратуры — проверять исполнение законности, есть признаки преступления — передаются нам. Есть и такой аспект, как «обстоятельства, способствовавшие совершению преступления». Скажем, в случае с таможней, это может быть ненадлежащий контроль со стороны руководства. Начальство должно наладить систему, предотвращающую получение сотрудниками взяток. Она отсутствует — и сотрудник службы спокойно получает взятки, обирая население. В результате его начальник может получить дисциплинарное взыскание, что вполне может поставить крест на его карьере руководителя, так что службу на ответственной должности он едва ли сможет продолжить. - Расскажите о специфике работы в разных отраслях.

- В аэропорту часто совершаются преступления именно против сотрудников, нарушители применяют силу против представителей власти. Взятки тоже бывают — так, недавно уроженец Средней Азии пытался дать взятку сотруднику при исполнении обязанностей. На объектах ОАО «РЖД» превалируют общеуголовные дела. Достаточно вспомнить резонансный случай с поездом «Совгавань-Владивосток», где целая группа пассажиров устроила драку с полицейскими. Они отобрали табельное оружие, выпрыгнули из окна вагона, скрылись, затем продолжили противоправные действия в отношении гражданских — похищали людей, вламывались в чужие дома... нередко пытаются провезти наркотики, в том числе и несовершеннолетние. Молодежь также «предпочитает» имущественные преступления — грабежи и кражи. Таможня — это зона коррупционных преступлений. В первую очередь речь идет о взятках... Есть над чем работать.